Жировая ткань и эстроген

Жировая ткань и эстроген — из жуpнала «Мир Красоты»

Местом классического образования эстрогенов считаются яичники, текстикулы, надпочечники и, во время беременности, плацента (плацента человека отличается очень высокой активностью ароматазы и, соответственно, эстрогенообразующей способностью; кроме человека и обезьяны ароматазная активность в плаценте обнаружена только у коров, свиней и лошадей). Продукция этими тканями эстрогенов называется гонадной (или гландулярной). В конце 1950-х годов стали появляться сообщения об ароматизации (превращении в эстрогены) экзогенных андрогенных предшественников в переферических тканях. Позднее было доказано, что в этих тканях действительно существует ферментная система для такой экстрагонадной ароматизации. Ароматаза представляет собой гемсодержащий белок, связывающий стероидный субстрат (андроген) и способствующий серии последовательных реакций, в результате которых образуется характерное для эстрогенов фенольное кольцо А.

В определенный период жизни человека роль переферических тканей в продукции эстрогенов становится определяющей. При этом существенное количество всех продуцируемых внегонадно эстрогенов приходится на жировую ткань (способностью к экстрагонадному синтезу эстрогенов обладает только жировая ткань человека и обезьяны). Учитывая способность жировой ткани синтезировать, накапливать и метаболизировать стероиды, при ожирении воздействие этого эндокринного органа на организм может значительно усиливаться. Половые стероиды, как и глюкокортикоиды, оказывают влияние на липолиз/липогенез и способствуют превращению преадипоцитов в жировые клетки (таким действием обладает, например, эстрадиол). При гиперинсулинемии и инсулинорезистентности уменьшается количество синтезируемого в печени белка, связывающего половые гормоны, что приводит к повышению в крови концентрации свободного эстрадиола.

Эстрогены имеют отношения ко многим заболеваниям, сопутствующим ожирению, кроме того, и ИБС, и гипертония, и ИНСД у пожилых людей, как правило, сопровождаются избыточным весом, что может приводить к гиперэстрогенемии. Метаболический синдром (синдром Х), выражающийся, прежде всего в гиперинсулинемии и инсулинорезистентности, входит в группу гормонально-метаболических факторов, способствующих стимуляции внегонадного образования эстрогенов. На чувствительность периферических тканей к инсулину и на развитие инсулинорезистентности существенно влияет соотношение в теле жира и тощей массы. Важно подчеркнуть, что людям с андроидным типом ожирения, имеющим самый неблагоприятный пргноз, свойственна гиперандрогенизация, которая приводит к гипертрофии мышечных волокон и их перераспределению в пользу типа IIБ – высокогликолитических мышечных волокон, отличающихся меньшим числом капилляров и сниженной чувствительностью к инсулину.

Активность ароматазы в жировой ткани сильно зависит от топографического расположения жира. Например, в подкожной жировой ткани из области живота наблюдается в 4 раза более низкая ароматазная активность по сравнению с бедренно-ягодичным жиром. В подмышечном жире способность к биосинтезу эстрогенов в 5-10 раз выше, чем в жировой ткани молочной железы и приблизительно равна активности бедренно-ягодичного жира.

Очень непростым оказался вопрос о локализации ароматазы в жировой ткани. Казалось бы, в экспериментах распределение ароматазы в пользу стромальных клеток было очевидным, но при сравнении мембранных фракций адипоцитов и клеток стромы обнаружилась практически одинаковая ароматазная активность (по-видимому, в экспериментах с целыми адипоцитами стероиды быстро оказывались в жировой капле и не успевали подвергнуться ароматизации полностью.) Эти результаты еще раз убедительно демонстрируют метаболическую активность адипоцитов здоровой жировой ткани, хотя их цитоплазма с органеллами и оттиснута к клеточной стенке гигантской жировой вакуолью.

Функции яичников начинают меняться уже после 25-30-летнего возраста, а во время менопаузы образование эстрогенов происходит преимущественно экстрагонадно, и свой вклад в это благое дело вносят и кости, и мышцы, и жировая ткань (по мнению большинства специалистов, главную роль в переключении на экстрагонадный синтез все же играет возраст, а не угасание гонадной функции). Например, количество эстрона, продуцируемого в жировой ткани из андростендиона (у менопаузных женщин эстрон-сульфат присутствует в крови в наибольшей концентрации), коррелирует с массой тела и положительно влияет на плотность костной ткани. Поэтому к вопросу о ремоделировании тела нужно подходить осмысленно, стараясь не переходить границы, за которыми можно оказаться в зоне более существенной декомпенсации по эстрогенам, чем это было запланировано природой.

Эстрогены играют в жизни человека чрезвычайно важную роль, оказывая моделирующее воздействие буквально на все процессы. Потребность в них не ограничивается только репродуктивным возрастом, который существенно короче общей продолжительности жизни. Напрашивается вопрос – если эстрогены так хороши, почему их надо боятся? Конечно, здесь, как и везде все решает мера и своевременность, но вопрос о прямом генотоксическом действии эстрогенов и их влиянии на митогенез, действительно, очень и очень сложен (и в данном случае речь все чаще заходит о генотоксическом действии метаболитов эстрогенов, в результате превращения которых образуются продукты свободнорадикальных реакций). И все-таки, вслед за Берштейном, хочется привести название одной из работ Роберта Вильсона: «Мольба о поддержании адекватного уровня эстрогена от периода полового созревания до гроба».

Жировая ткань занимает весьма почетное место среди поставщиков эстрогенов на протяжении всей жизни человека, поэтому относиться к ней нужно почтительно, не набрасываясь на «жировую ткань вообще» только потому, что в результате пары сотен лет перекорма миллионы лет отрабатывающиеся механизмы ее накопления стали вдруг «неадаптивными».

355 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *